бандеровцы

ЭквивалентыENBanderites

Определение

«Бандеровцы» — это уничижительный ярлык в советском и современном российском государственном дискурсе, приписывающий украинцам — особенно тем, кто выражает национальную идентичность, поддерживает украинскую государственность или сопротивляется российскому влиянию, — идеологическое наследие Степана Бандеры и военной Организации украинских националистов (ОУН-Б).¹

Ярлык работает через коллективное приписывание. Он берёт реальную и действительно мрачную главу националистической истории 1940-х и проецирует её на всё современное украинское общество — солдат, гражданских, избранную власть, — так что защита Украины приравнивается к защите нацизма. Это исторический сырьевой материал, из которого строится рамка денацификация.

Происхождение и история

История за ярлыком реальна и спорна, что и делает пропаганду действенной. Степан Бандера (1909–1959) возглавлял радикальную фракцию ОУН — авторитарное, ультранационалистическое движение, стремившееся к независимой Украине и кратко сотрудничавшее с нацистской Германией в 1941 году ради этой цели. Украинская повстанческая армия (УПА), связанная с ОУН-Б, осуществила этническую чистку поляков на Волыни и в Восточной Галиции в 1943–1944 годах, убив, по оценкам, от 50 000 до 100 000 польских гражданских.¹ Это задокументированные зверства, а не российские выдумки.

В то же время пропаганда опирается на искажения. Сам Бандера находился в немецком плену (лагерь Заксенхаузен) с 1941 по 1944 год и не командовал напрямую во время волынских массовых убийств; нацисты заключили его потому, что цель ОУН-Б — независимость Украины — противоречила германским планам.² Он был убит в Мюнхене в 1959 году агентом КГБ Богданом Сташинским.² Затем советская пропаганда раздула «бандеровца» до универсального эпитета для любого украинца, сопротивлявшегося Москве, — употребление, которое современное российское государство унаследовало и возродило.

Функция в пропаганде

Ярлык применяется вместе с рамками Русский мир и киевская хунта, чтобы:

свести весь спектр украинской политической идентичности к единой фашистски окрашенной категории, так что украинский солдат, русскоязычный гражданский и ультраправый активист — все становятся «бандеровцами»;
перенести моральный груз коллаборационистского насилия 1940-х на современное украинское общество, его институты и армию;
дать аффективную основу для рамки денацификация, поставляя тех «нацистов», с которыми война якобы ведётся;
стереть украинскую субъектность, представляя современную демократическую нацию продолжением военного фашистского проекта.

Искажение — в скачке от частного к всеобщему. Признание преступлений исторической ОУН-УПА — законная история; утверждение, что сегодняшняя Украина — демократия с еврейским президентом, чьи ультраправые электорально маргинальны (см. денацификация) — «бандеровское» государство, — пропаганда. Ярлык превращает спорную историческую дискуссию в огульное дегуманизирующее оскорбление.

Ключевые примеры

Советское употребление. С 1940-х годов советские власти применяли «бандеровец» к антисоветскому повстанчеству на западе Украины, а затем к украинским диссидентам в целом, утвердив шаблон коллективной вины.¹

Возрождение после 2014 года. После Революции достоинства российские государственные медиа вновь пустили в ход «бандеровцев», чтобы представить новое украинское правительство и его сторонников фашистами, — питая напрямую нарративы киевская хунта и денацификация.

Политика памяти. Собственные разделённые в Украине поминовения Бандеры (для одних — борец за независимость, для других — осуждаемый за зверства ОУН-УПА, и больной вопрос в отношениях с Польшей и Израилем) дают реальный материал, который российская пропаганда избирательно раздувает до доказательства «нацистской» нации.²

Почему это важно

«Бандеровцы» важны потому, что это исторический двигатель всего комплекса «Украина — нацисты». Удерживая в обороте ярлык 1940-х и применяя его к целой современной нации, российская пропаганда фабрикует того врага, которого денацификация затем претендует уничтожить. Приём силён потому, что укоренён в подлинной, болезненной истории, — что делает его убедительнее чистой выдумки и труднее опровергаемым в одной фразе.

Распознать ярлык — значит удержать одновременно две истины: что историческая ОУН-УПА совершила реальные зверства, заслуживающие честного осмысления, и что огульное клеймение сегодняшних украинцев «бандеровцами» — дегуманизирующая ложь, сконструированная для оправдания агрессии.

См. также

Источники

Rudling, Per Anders — The OUN, the UPA, and the Holocaust: A Study in the Manufacturing of Historical Myths, The Carl Beck Papers in Russian and East European Studies (2011). carlbeckpapers.pitt.edu/ojs/carlbeck/article/view/164
Rossoliński-Liebe, Grzegorz — Stepan Bandera: The Life and Afterlife of a Ukrainian Nationalist, ibidem-Verlag / Columbia University Press (2014)

Упоминается в

Rudling, P. A. (2011). The OUN, the UPA, and the Holocaust: A Study in the Manufacturing of Historical Myths. The Carl Beck Papers — о деятельности ОУН-УПА и её мифологизации всеми сторонами. ↩ ↩² ↩³
Rossoliński-Liebe, G. (2014). Stepan Bandera: The Life and Afterlife of a Ukrainian Nationalist. ibidem-Verlag — о немецком плене Бандеры (1941–1944), убийстве в Мюнхене (1959) и «загробной жизни» его мифа. ↩ ↩² ↩³

англосаксы

биолаборатории