Перейти к содержимому

традиционные ценности

Тегиsoft powerlgbt disinfoothering

ЭквивалентыENTraditional Values


«Традиционные ценности» — это продвигаемая государством моральная повестка, представляющая Россию мировым защитником семьи, религии и «естественного» общественного порядка против разлагающегося и вседозволенного западного либерализма. Это позитивное, льстивое к себе лицо мировоззрения, чьи негативные образы — Гейропа и морально обанкротившийся коллективный Запад: там, где Запад якобы скатывается в вырождение, Россия представляет себя последним бастионом добродетели.

Эта повестка — реальная политика, а не только риторика. С 2022 года она имеет официальное определение в российском законодательстве и подкрепляет конкретные законы — прежде всего подавление жизни ЛГБТ, — а также масштабную кампанию культурной дипломатии.

Поворот к «традиционным ценностям» оформился в третий срок Путина, после протестов 2011–2012 годов, когда Кремль искал объединяющую консервативную идеологию взамен жидкого официального патриотизма. Исследователи, такие как Марлен Ларюэль, проанализировали, как мораль, православие и антизападные настроения были слиты в гибкую государственную доктрину, пригодную и дома, и как мягкая сила за рубежом.1

Доктрина была формализована 9 ноября 2022 года, когда Путин подписал Указ № 809 «Об утверждении Основ государственной политики по сохранению и укреплению традиционных российских духовно-нравственных ценностей». Указ перечисляет такие ценности, как жизнь, семья, патриотизм, служение и «приоритет духовного над материальным», и прямо называет иностранное и либеральное влияние угрозой им.2 Параллельно закон о «гей-пропаганде» (2013, распространён на все возрасты в 2022) и постановление Верховного суда 2023 года, объявившее «международное движение ЛГБТ» «экстремистским», превратили риторику в наказуемый закон.34

Эта повестка используется, чтобы:

  • экспортировать мягкую силу на консервативную и религиозную аудиторию по всему миру, вербуя сторонников далеко за пределами России, разделяющих её враждебность к либеральным общественным нормам;
  • обеспечить моральное прикрытие внутренним репрессиям, особенно против ЛГБТ-людей, инакомыслящих и независимой культуры, переосмысляя их как защиту духовного здоровья нации;
  • служить позитивным зеркалом Гейропа и коллективный Запад, поставляя «хороший» полюс, который оттеняет демонизированный Запад;
  • связать церковь и государство, согласуя цивилизационную претензию Русский мир с моральной миссией.

Эта рамка избирательна и инструментальна. «Традиционные ценности» призывают, чтобы оправдать политику, которую государство и так хочет, — цензуру, преследования, милитаризацию патриотизма, — тогда как неудобные реалии (высокий уровень разводов, домашнее насилие, частичная декриминализация некоторых видов домашнего насилия в 2017 году) обходятся стороной. Она трактует «ценности» не столько как живую этику, сколько как знамя идентичности в цивилизационном конфликте.

Указ № 809 (2022). Указ придал «традиционным ценностям» статус официальной государственной политики и назвал западное влияние опасностью, которой нужно противостоять, — превратив культурный лозунг в управляющую доктрину.2

АнтиЛГБТ-законодательство. Закон о «гей-пропаганде» 2013 года, его расширение на взрослых в 2022 году и признание «движения ЛГБТ» «экстремистским» в 2023 году — острейшие применения повестки, подвергающие ЛГБТ-людей преследованию во имя моральной защиты.34

Культурная дипломатия. Российские учреждения и связанные с ними сети продвигают бренд «традиционных ценностей» среди консервативных движений за рубежом, представляя Москву лидером глобальной моральной контрреволюции.1

Бренд «традиционных ценностей» труднее всего согласуется с собственной социальной статистикой России, которая по большинству семейных и медико-санитарных показателей хуже, чем у западных обществ, над которыми он насмехается.

  • Аборты. Россия долго имела один из самых высоких показателей абортов в мире — 37,4 аборта на 1000 женщин в возрасте 15–44 лет в 2010 году, наивысший среди всех стран в сравнительных данных ООН. С тех пор показатель существенно снизился (примерно до 12 на 1000 к 2021 году), но остаётся высоким по западноевропейским меркам.5
  • Разводы. Общий коэффициент разводимости в России, около 3,9–4,7 на 1000 человек в последние годы, — один из самых высоких в мире и примерно вдвое выше типичного западноевропейского уровня менее 2,0.6
  • Домашнее насилие. В феврале 2017 года Россия декриминализировала побои в семье при первом правонарушении, понизив их с уголовного до административного нарушения, — меру, которую консервативные и православные группы продвигали прямо во имя защиты семьи.7
  • Алкоголь. Подушевое потребление составляло около 11,7 литра чистого алкоголя в 2016 году — резко ниже пика середины 2000-х, но всё ещё одно из самых высоких в мире, — и алкоголь остаётся одной из главных причин преждевременной смертности среди российских мужчин трудоспособного возраста.8
  • ВИЧ. В России — наихудшая эпидемия ВИЧ в Европейском регионе: 40,2 новых выявленных случая на 100 000 населения в 2021 году, тогда как в Западной Европе и Северной Америке число новых заражений снижалось.9

Официальная российская статистика, особенно Росстата, склонна занижать политически чувствительные категории, поэтому ряд этих цифр, вероятно, является заниженным.

«Традиционные ценности» важны потому, что придают российскому авторитаризму позитивную, экспортируемую идентичность. Репрессии дома и конфронтация за рубежом переосмысляются не как силовая политика, а как защита морального ядра цивилизации — послание, находящее отклик у аудитории, отчуждённой быстрыми общественными переменами, в том числе у многих за пределами России.

Этот отклик и есть цель. Апеллируя к подлинным консервативным настроениям по всему миру, доктрина выстраивает симпатию к российскому государству у людей, которые никогда бы напрямую не поддержали его войны или репрессии, — что делает «традиционные ценности» одним из самых эффективных инструментов мягкой силы Кремля и одним из самых трудных для противодействия.

  1. Laruelle, M. (2019). Russian Nationalism: Imaginaries, Doctrines, and Political Battlefields. Routledge. 2

  2. Указ № 809 «Об утверждении Основ государственной политики по сохранению и укреплению традиционных российских духовно-нравственных ценностей», Президент России, 9 ноября 2022. 2

  3. Edenborg, E. (2017), о политике «традиционных ценностей» в России; и закон о «гей-пропаганде» (2013, расширен в 2022). 2

  4. «Russia: Supreme Court Bans ‘LGBT Movement’ as ‘Extremist’», Human Rights Watch, 30 ноября 2023. 2

  5. Показатели абортов по данным Росстата и Демографического ежегодника ООН: 37,4 аборта на 1000 женщин 15–44 лет (2010) — наивысший среди стран, отчитывающихся перед ООН; к 2021 году показатель снизился примерно до 12 на 1000.

  6. Общие коэффициенты разводимости по данным Росстата (~3,9 на 1000 в 2020, ~4,7 в пиковые годы); западноевропейские показатели обычно ниже 2,0 на 1000 (Евростат).

  7. «Russia: Bill to Decriminalize Domestic Violence», Human Rights Watch, 23 января 2017; поправки подписаны 7 февраля 2017 (Библиотека Конгресса США).

  8. Всемирная организация здравоохранения, Global Status Report on Alcohol and Health: подушевое потребление в России ~11,7 литра чистого алкоголя в 2016 году.

  9. Данные UNAIDS и Европейского региона ВОЗ: в России зарегистрировано 40,2 новых случая ВИЧ на 100 000 населения в 2021 году — наивысший показатель в Европейском регионе.